Спасибо, Ларачка. Очень рада, что тебе и другим *интересно читать эту тему. Сознание этого придает мне интузиазм писать дальше.

Перейдем к главе «Ваякель» («И собрал»). Спустившись в Йом-Кипур с горы Синай, назавтра, 11 тишри, Моше собрал (ваякель) всю общину Израиля, чтобы передать повеление о строительстве Скинии. Разговор почему-то начался с заповеди о соблюдении субботы. Почему? Дело в том, что даже выполнение столь важной заповеди, как строительство Храма, т.е. места, где Б-г будет говорить с Моше и где будут приноситься жертвы для очищения всей общины от грехов, отодвигается из-за субботы. В субботу нельзя делать никакую работу, даже для Храма.
«И собрал Моше всю общину сынов Израиля, и сказал им: “Вот то, что повелел Г-сподь делать: шесть дней пусть делается работа, а седьмой день будет для вас святыней, отдых из отдыхов во имя Г-спода; всякий, выполняющий в этот [день] работу, умерщвлен будет. И не зажигайте огня во всех местах проживания вашего в день субботний”» (35:1—3).
Интересно, почему Тора выделила в качестве примера зажигание огня?
Многие думают, что работа, запрещенная в субботу, — это то, что утомляет. На самом же деле под словом «работа» (млаха) понимается сознательное действие, дающее результат, действие, вследствие которого возникает что-то новое, — например, зажигание огня, тушение огня, снимание плода с дерева. Вы можете битый час передвигать по огражденному двору тяжелые столы, но никакая работа при этом произведена не будет, а вот если вы подноисите бумажку к огню, чтобы она загорелась, — вы выполняете работу.
Иногда люди, которые очень любят опираться на «здравый смысл», недоуменно рассуждают: «Разумеется, я не буду в субботу пахать, косить, плавить металл. Но подогреть молоко ребенку? Затопить печь, чтобы не сидеть в холоде? Это работа?» В том-то и дело, что мы очень часто пользуемся огнем — для удобства или для удовольствия. Поэтому он и выделен здесь, чтобы подчеркнуть: зажигание огня считается работой, даже если это делается исключительно для удобства.
Правила субботы отменяются только в двух случаях: если жизни еврея угрожает опасность, делают все необходимое, чтобы спасти его, и если восьмой день от рождения мальчика выпал на субботу, то обрезание не переносят, а делают в этот день.
Мишна называет тридцать девять видов запрещенных в субботу работ. Сразу за рассмотренной нами частью главы следует отрывок, рассказывающий о строительстве Мишкана. Такое расположение отрывков, их «сопряженность» говорит об особой связи между ними. Поэтому мудрецы указывают, что в субботу запрещены именно те работы, которые производились при постройке Скинии.

«И пришли мужи с женами: все, побужденные сердцем, принесли браслеты, и носовые кольца, и перстни… все [виды] золотых украшений. И каждый человек, кто принес приношение [из] золота во имя Г-спода… И всякая женщина, мудрая сердцем, своими руками пряла, и принесли они пряжу: синету (голубую шерсть. — И.З.) и пурпур, червленицу (красненую шерсть. — И.З.) и лен. И все женщины, каких вознесло их сердце в мудрости, пряли козий [волос]» (35:22, 25, 26).
Интересна роль еврейских женщин в строительстве переносного Храма. Они проявили здесь необыкновенную активность. Мы уже говорили, что Моше-рабейну передал приказ о строительстве скинии 11 тишри, и в течение двух дней люди доставили столько приношений, что уже 14 тишри было объявлено: всего достаточно, больше приносить не надо. Назавтра евреи приступили к строительству.
«И сделал сосуд для омовения из меди, и подножие его из меди, из зеркал толпившихся [женщин]» (38:8).
Рассказывается, что Моше не хотел брать для Мишкана зеркала — так сказать, орудие тщеславия и суетности. Но Всевышний сказал ему: это приношение женщин мне дороже всего. Все эти женщины — праведницы. Когда мужья их надрывались на тяжелой работе, но ничего не зарабатывали и ничего не приносили в дом (а семьи тогда были многодетные — 10-13 детей как минимум), женщины ловили рыбу, кормили себя и детей, да еще относили еду мужьям и, идя к ним, глядели в зеркала и наряжались, чтобы им понравиться. И не было, согласно преданию, ни одной попытки прекращения беременности, ни одной измены (помните, мы говорили об этом в главе «Шмот»?).
Поэтому у евреев существует обычай — в начале каждого месяца, в Рош-ходеш, женщины откладывают все трудоемкие домашние дела. Они отдыхают в награду за то, что на сооружение золотого тельца женщины не хотели давать своих украшений, а на переносной Храм спешили отдать даже зеркала, «толпились», стояли в очереди…
25 кислева строительство было закончено. Но открытие Храма было назначено лишь на первое нисана — месяц Исхода из Египта.

На примере выбора и назначения Бецалеля на должность «руководителя работ по созданию переносного Храма» Тора научила нас тому, как следует выбирать руководителей. Например: «не назначают главу общества прежде, чем получат согласие всего общества. Это вытекает из слов Торы: «И сказал Моше сыновьям Израиля: Смотрите, назвал Б-г имя Бецалель» (Шмот 35:30). Мудрецы Торы пояснили: «Вс-вышний сказал Моше: Подходит ли тебе Бецалель? Сказал Моше: Если для Тебя он хорош, то для меня – тем более. Сказал Вс-вышний: И все же посоветуйся с сыновьями Израиля. Моше пошел и посоветовался с сыновьями Израиля, и они приняли Бецалеля» (Брахот 25). Рав Кук объяснил, какие свойства должны быть у руководителя, чтобы он подходил Вс-вышнему, Моше и народу: чистота сердца – стремление делать все на благо людей, а не для себя (об этом знает только Вс-вышний), мудрость - способность управлять обществом и решать его проблемы (это может понятьМоше), терпимость – умение спокойно разговаривать с людьми (это видит каждый).
В каждом поколении должен быть тот, кто достоин возглавить его, но удостоимся ли мы того, чтобы Вс-вышний указал нам руководителя-идеалиста, мудреца и терпеливого человека, способного вывести страну из тупика?
Рав Дов Бигон
Глава Йешивы Махон Меир

Недельная глава «Пекудей», которая является последней главой книги Шмот, начинается с отчета Моше о том, сколько и на что потрачено золота, серебра, драгоценных камней. Одна из первых фраз главы: «Всего золота, употребленного в деле, из того, что было собрано, оказалось… столько-то. Серебра из общественного приношения — столько-то». А дальше с удивительными подробностями приведено — что из чего было сделано. Отсюда мы учим, что, на какие бы великие общественные цели ни собирались средства, каким бы высоким авторитетом ни пользовался собиратель, на нем лежит обязанность отчитаться в расходах перед теми, кто эти средства ему вручил. В данном случае — перед всем еврейским народом.Но может быть, Моше — в силу своего величия — был вне подозрений? В Мидраше рассказано, почему пророк, которого сама Тора называет нэеман (достойным доверия), решил дать полный отчет. Однажды он услышал за своей спиной: «В последнее время что-то потучнела шея сына Амрама». (Амрам был отцом Моше.) На это кто-то другой ответил: «Ничего удивительного, он ведает всеми деньгами, предназначенными для строительства Храма». Тогда Моше дал клятву: «Как только Храм будет построен, я дам точный отчет обо всех расходах». Сам Моше знал, что за ним нет никакого греха. Тем не менее представил полный реестр своих действий, потому что не хотел, чтобы кто-то необосновано его заподозрил. Человек должен стараться очистить себя от любых подозрений в глазах людей, а не довольствоваться общим утверждением, что, дескать, «Б-гу истина известна, а вы думайте что хотите».

В еврейском законе этот пункт разработан достаточно подробно. Так например, человек, собиравший деньги в фонд Иерусалимского Храма, во время работы не мог носить широкий пояс или даже белье под верхним платьем. Разбогатей он впоследствии, люди могли бы сказать: «разбогател, потому что брал из собранных денег». Надо бояться не только нарушить закон, но и чужих кривотолков. Этому нас учит Тора…
Впрочем, в приведенной истории про Моше можно усмотреть также и характеристику самого Моше-рабейну. Написано, что не было на земле человека скромнее его. Он старался быть незаметным, ненавязчивым, был скромным до стеснительности. Прочтите Хумаш, скажите — как он выглядел?..
Рассказывают, что некий литовский раввин пожаловался на хасидов Воложинскому раву, Нафтали Цви Йеуде Берлину (сокращенно Анецив, 1817—1893). Дескать, купаются их «цадики» в роскоши и одеваются в дорогие одежды, в то время как многие известные руководители ешив живут в нищете. Ответил ему Анецив: «Не вижу ничего странного. Вспомни Моше и его брата Аарона. Оба — вожди. Но один облачен в яркие, шитые золотом и украшенные камнями одежды, описанию которых посвящена целая глава Торы. А второй… Ты помнишь, во что был одет Моше? О его внешности нет ни строчки. Все, чем он обладал — был посох». — Тут он вздохнул и добавил: — «Наверное, еврейскому народу нужны они оба — и Моше, и Аарон».

Ну раз упомянули Воложинскую ешиву ,основанную в 1803 году и фамилию Берлинер ,просто не могу не сделать короткое отступление от темы! Воложинская ешива функционировала как Высшая Духовная еврейская академия вплоть до начала войны ..А что касаемо Берлинера...Трудно сказать, все ли Берлины родственники. Семья Берлиных дала миру знаменитых раввинов, возглавлявших "иудейский Оксфорд" ешиву Воложин. Из этого же рода сэр Исайя Берлин - оксфордский философ и историк, израильский мыслитель и духовный лидер Меир Бар-Илан, в честь которого названы религиозный университет в Тель-Авиве и улицы во всех израильских городах, первый командир Армии обороны Израиля Ицхак Садэ, род рижских раввинов Мандельштамов и их *кузен, русский поэт Осип Мандельштам, израильская поэтесса, известная по имени Рахель, и военный историк Ури Мильштей. Сорри ,Светлана ,что немного отошел от темы ,но это просто интересные факты.

Согласно «Мидраш Рабо» Б-г сказал Моше в Йом-Кипур: «Салахти» (Я простил), и в знак этого было велено сделать переносной Храм. 25 кислева, после 70 дней работы, переносной Храм (мишкан) был закончен. Но Б-г не давал приказа собрать его. Все чувствовали себя неловко. Наконец Б-г сказал, чтобы Аарон и его сыновья семь дней готовились к службе. Они ежедневно приносили жертвы, чтобы Б-г простил им все грехи, причем Моше был священнослужителем, а Аарон и его сыновья – прихожанами.
Семь дней Моше собирал мишкан, вносил туда Ковчег завета, стол, жертвенники, светильник. Приносились жертвы, зажигались лампады светильника, совершалось воскурение на алтаре, а потом все разбиралось, чтобы назавтра начать все сначала.
В восьмой день Моше собрал мишкан навсегда (т. е. до следующего переезда), и в тот же день Аарон начал служить в Храме.
Зачем нужно было семь дней собирать и разбирать мишкан?
В комментарии к Торе, рабби Авраама Мордехая Алтера, есть удивительно ясное объяснение этому. Мишкан простоял в пустыне 39 лет, затем он стоял в Гилгале 14 лет, потом его внесли в город Шило – там он простоял 369 лет. После этого мишкан был в городе Нов, затем в Гивоне (вместе 57 лет). Первый Храм просуществовал 410 лет. Затем, через 70 лет, был построен Второй Храм, просуществовавший 420 лет. То есть всего 7 раз «собирали и разбирали» Храм. А в первый день нисана Моше собрал мишкан, но не разбирал его больше. Таким образом, Третий Храм будет стоять вечно.
Пророк Йехезкель говорит от имени Б-га: «И заключу с ними чавет (о) мире, завет вечный... и помещу свой Храм среди них навечно... И буду им Б-гом, а они будут мне народом и узнают народы, что Я – Б-г, освящающий Израиль, (тем), что будет Мой Храм среди них навечно».

Месяц Адар и Мишкан

В Торе, в недельной главе Пекудей, говорится: «И сказал Господь Моше, говоря: в первый день первого месяца поставишь ты Скинию шатра соборного» (Шмот 40:1-2). Всевышний сказал «поставишь», а не «построишь» – значит, Мишкан был уже готов. Первый день первого месяца – это рош-ходеш месяца Нисан. Построение Мишкана началось на следующий день после Йом Кипура. «Поставишь Мишкан» – оставалось только поставить его. Мудрецы говорят, что работа по построению Мишкана длилась три месяца. Если она началась одиннадцатого Тишрея, на следующий день после Йом Кипур, то подошла к концу в месяце Тевет. По этому мнению, Скиния была готова примерно за два месяца до того, как состоялось ее освящение.
Но Мидраш приводит и другое мнение:
«Раби Ханина говорит: первого Адара закончилось построение Мишкана. Но Всевышний хотел приурочить празднество освящения Мишкана к дню, когда родился праотец Ицхак, а поскольку Ицхак родился первого Нисана, сказал Всевышний: вот, Я смешиваю для вас две радости» (Танхума Пекудей 11).
На первый взгляд, этот Мидраш производит странное впечатление. Почему именно рош-ходеш Адар? Может быть, потому, что это начало месяца, который в будущем станет месяцем веселья.
Второй вопрос: почему нужно было ждать с освящением переносного Храма? Можно было бы понять, что евреи ждали, потому что Всевышний приказал освятить Мишкан именно в рош-ходеш Нисан. Но, оказывается, этот день выбран для того, чтобы «сэкономить» и соединить два празднества?
После всего, сказанного нами о Пуриме, ясно и это. Мишкан, переносной Храм – место пребывания Божественного присутствия. Его строительство было завершено в рош-ходеш Адар. Великая радость освящения Мишкана оказывает влияние на весь этот месяц. Освящение Мишкана состоялось в день рождения Ицхака, потому что Ицхак – единственный из всех Праотцов, чье имя ни разу не было повторено дважды. Всевышний, обращаясь к каждому из Праотцов, повторял его имя дважды: «Авраам, Авраам», «Яаков, Яаков». Книга Зоар говорит, что это потому, что есть духовный Авраам и телесный Авраам, духовный Яаков и телесный Яаков. И только у Ицхака два эти понятия были неразделимы.
Между началом месяца Адар и началом месяца Нисан, то есть в течение всего месяца Адар, Мишкан готов и ждет освящения. Освящение состоится в день рождения человека, который научил нас, что душа и тело – это одно целое.
Адар, как было сказано, – месяц веселья. И в середине этого месяца евреи, которые в Мегилат Эстер названы просто евреи – своим самым простым, самым будничным, самым святым именем, – выполняют завет царицы Эстер: «Иди, собери всех евреев», и сделав это – едят и пьют. Это и есть «и сделали его днем пиршества и веселья».
А потом?
Потом наступит месяц Нисан, и мы, с Божьей помощью, освятим Мишкан, чтобы соединить вовеки душу и тело.

«И принесли Мишкан к Моше», - пишет Тора (Шмот 39:33). «И было в первом месяце, во второму году, в первый день месяца, - поставлен был Мишкан. И поставил Моше Мишкан» (Шмот, 40:10). Раши поясняет: «Ни один человек не мог поставить Мишкан из-за тяжести досок, а Моше поднял и установил их. Сказал Моше Всевышнему: «Как человек может справиться с этой работой?» Ответил ему Всевышний: «Ты делай свое дело: найди место для каждой доски, а доска поднимется и встанет на место сама». Это подтверждают слова: «И был поставлен Мишкан». Не говорится, кем поставлен, а значит, работа была сделана не только усилиями Моше». Комментарий Раши раскрывает нам общее правило: силы человека ограничены, а возложенные на него задачи часто тяжелы, как доски Мишкана, и он не может справиться с ними. Но в тот момент, когда человек сталкивается с трудностями, он должен вспомнить о том, как был поставлен Мишкан. Тогда у него появится надежда, что Всевышний добавит к тому ограниченному запасу энергии, которым он располагает, столько сил, сколько нужно. Прикладывая усилия в материальном мире, мы получаем помощь свыше, оттуда, где запас энергии ничем не ограничен.
Это правило справедливо не только для одного человека, но и для всего народа. Когда мы встаем перед неразрешимой задачей, нам надо лишь постараться преодолеть все трудности - и помощь не замедлит прийти. Тот, кто знает историю, не может отрицать, что одно из наиболее ярких раскрытий источника неиссякаемых сил в ответ на самоотверженные усилия людей проявилось в момент образования государства Израиль, когда малочисленное население страны выстояло в борьбе против окружающих арабских стран.