40. Все обстоятельства, которыми он оправдывается, все аргументы,которые выставляет, - вранье. Всегда можно полюбить другого, всегда можно поступить иначе, всегда можно чем-то пожертвовать - если смотреть со стороны и оценивать ситуацию рассудочно. Пожимая плечами, мы говорим: "Любовь!.." - и это означает, что рассудок тут ни при чем, тут имеется страсть и потребность. А это потребность устроить себе именно такую жизнь, как вышла, будьте спокойны!
Кто заставлял? Только природа. и только потребность ощущать то, что он и стал ощущать. А уж обстоятельства он подтасует, за уши притащит, не сомневайтесь

41. Так что, человек создан для страдания? Старая песня...
Нет!
Э? Для счастья?
Тоже нет!
Человек создан д л я в с е г о. И будет счастлив, и будет страдать,и с удивлением обнаружит ценность и отраду в своем страдании, и будетклясть свою жизнь, и все ранво не захочет умирать.
И придерживался всегда примерно такого взгляда: жизнь плоха и тяжела,потому что я легко представляю себе жизнь легче и лучше, и хочу ее. и жаль, что она не легче и не лучше; но жизнь хороша, потому что в ней есть то-то и то-то, и самое главное, что она вообще есть, это так здорово, ведь меня могло не быть.
Страдать плохо. но зато даже просто мечтать о любимой - это так хорошо!..

42. Умение быть любимым сводится всегда к полутора крайне простым и известным вещам:
Умей заставить другого страдать.
Умей казаться другому значительным. Этот второй пункт можно считать за пол-пункта: если любит, всегда найдет в тебе значительность, которую ты и сам не подозревал; но вначале надо же привлечь внимание и дать пищу воображению - мол, да, герой, достоин, можно открывать шлюзы чувств и обращать их на избранника

Разумеется, есть много путей привлекать и привязывать к себе избранника позитивными ценностями: физическое наслаждение, удовлетворение тщеславия, подарки и путешествия, комплименты и внимание, "класть мир к ногам" и давать всячески почувствовать избраннику (избраннице) ее ценность и значительность - о, как человек ценит того, кто дает ему ощущение и сознание его значительности и всемогущества, как привязывается к тому, с кем делается крупной и влиятельной личностью, -поэтому женщины так сходят с ума в романах с ухарями-миллионерами,мировыми плейбоями с их огромными материальными возможностями, - не зато их любят, что башлями осыпаны, а за то, что он делает ее царицей мира, он делает ее жизнь чудесной, и эти радостные чудеса перемешиваются с любовью, принимаются за нее, переплавляются с ней(трезветь, страдать, принимать яд и разводиться она будет уже потом).Поэтому мужчина так любит милую и кроткую, для которой он - гений, боги герой в одном лице

Но все это -ничто, если при этом ты не можешь дать ей страдание - так или иначе, вольно или невольно, через потерю всего или только угрозу этого в ее мыслях, ревность или пренебрежение и т.п. Она может жить с тобой из жажды благ, из дружбы и благодарности, симпатии и сексуального наслаждения - но любить будет того, кто даст ей страдание, даже если не уйдет к нему.
Ей (или ему, без разницы) потребно страдать, ибо такова суть любви и суть человека.

43. Вот поэтому любовь так редко бывает взаимна. Для этого нужен темперамент специальный и предшествующий опыт жизни особенный. Если оба раньше уже сильно "пострадали" и очень боятся потерять друг друга(хорошо помнят "кнут";-). Если характеры достаточно вялы и люди склонны удовлетворяться в жизни тем немногом, что имеют (в житейском смысле).Если по врожденности натуры дают друг другу в общем ровно столько поводов для страданий, что и температура чувств поддерживается, и перегрева нет, разбегаться нет желания.
Но как давно вздыхали умудренные опытом знатоки, даже в счастливом браке любит только один, а другой только позволяет любить себя. Короче.из двоих всегда (почти совсем всегда) один любит больше.

Значицца. Для любящего немыслимо, больно, противоестественно, нежелаемо доставлять страдание любимому. (Я употребляю оба слова в одном роде не из намека или приверженности к однополой любви, а исключительно из равноправия двух полов перед лицом страсти. Мужчины и женщины равно несчастливы насчет взаимной любви, в смысле равно редко счастливы.)Любимый дороже себя самого

Его желание, счастье, защищенность от всех опасностей мира - первейшее желание любящего.Вот тут-то он и вдевается, как бабочка на булавку. любимый ощущает полную власть над любящим. Может дать счастье, может дать горе, может заставить сделать что угодно. А где мое страдание? что хочешь - всегда будешь иметь... чего желать? спокойствие, скука, уверенность в обладании и благополучии отношений... как тут любить?.. Если война,разруха, страх потери, опасная болезнь, случайная ревность - о,страдание есть, чувство раздувается.
Эгоист, эгоцентрик, самолюбимый гордец - о, этот страдание даст.

Но чем сильнее ты любишь, чем больше свет клином сошелся на единственном в мире человеке, тем больше ты теряешь голову, тем настойчивее вручаешь любимому поводок от твоего ошейника. А ему самому потребно зависеть от другого! А здесь вся твоя жизнь зависит от мановения его мизинца. Да ему больше нечего хотеть от тебя!!! А ему потребно такое чувство, чтобы он вечно недополучал того, чего хочет -чтоб любовь его воспринималась и ощущалась безграничной, чтоб жажда была неутолимой даже при бесконечном питье - вот что такое любовь, черт возьми!
Брак полезен для успокоения чувственности, для успокоения любви он бесполезен, сказал мудрый японец Акутагава. ты можешь постоянно обладать любимым, но если любовь твоя в равной мере не разделена - нет тебе покоя, нет избавления от страдания, и недолгие миги блаженства обладания еще больше оттеняют страдание в остальное время.

В период сближения, в начальный период двое могут стремиться друг у другу с равной силой - но вот разделенная страсть постепенно уменьшает накал, и один ощущает (получает, берет) большую власть над другим. и -начинается процесс перетекания власти от более любящего к менее любящему, все полнее и полнее.
Ты можешь бросить, уйти, жениться на другой, убить - наплевать: любимая отлично знает, что в ее власти поманить тебя и получить в любой миг,ибо чем сильнее ты любишь - тем менее можешь противиться ее зову.