Анна Лошакова
Пускай в стране истерзанной войной
цветет любовь Великого Народа,
чтоб понял Мир,
что выстрадал еврей...
чтобы сберечь детей,
в погромах и в походах!



Мы вместе все,
Мир должен это знать...
мы любим, спорим,
миримся опять.


Но кто в Израиле не жил,
тому,
еврея ДУШУ,
не понять!

Анна Лошакова
ОПЯТЬ В ИЗРАИЛЕ БЕДА,
ЗАЖГИТЕ СВЕЧИ!
МОЛЮСЬ ЗА ЖИЗНЬ
МОИХ ДЕТЕЙ
В ВЕСЕННИЙ ВЕЧЕР!
СТРАНЕ ОПЯТЬ ГРОЗЯТ
ВОЙНОЙ,
ЗАЖГИТЕ СВЕЧИ!
НАД ПРАХОМ ТЕХ
КТО ВВЫСЬ УШЕЛ,
ЗАЖГИТЕ СВЕЧИ...
И СНОВА
ГОРЕ И ВРАЖДА,
В ВЕСЕННИЙ ВЕЧЕР...
ТАК БУДЬТЕ
В ЖИЗНИ ВЫ ДОБРЕЙ,
ЗАЖГИТЕ СВЕЧИ!
ЗАПОМНИТЕ,
ЧТО НА ЗЕМЛЕ
НИКТО НЕ ВЕЧЕН,
ЗА ЖИЗНЬ
СВОИХ РОДНЫХ ДЕТЕЙ,
ЗАЖГИТЕ СВЕЧИ!

Сюзанна Абрамова
* * * * Я- ЕВРЕЙ
Сегодня, в память об ушедших близких,
Зажгу свечу и расскажу всё внукам.
Как унижали, гнали, предавали.
Как *погибали люди *в страшных муках.
Как ужасы Катыни пережили.
Ограды Гетто, на улице своей.
И как сосед, с которым рядом жили.
Фашистам доносил, что здесь *еврей. * * * * * * *
Я расскажу, как гнали по Европе.
Про блеск "хрустальной ночи "от огней.
Сжигали, оскверняли синагоги.
Нацистам неугоден был еврей. *
Освенцим, Бухенвальд. Приказов *ритмы. *
С ума сводил везде овчарок лай.
Под страхом смерти *шептали молитву,
Спаси, спаси нас: «Мелех а-олям !
Паломником *придём *в Иерусалим.
Поклонимся *всем жертвам Холокоста.
У обелиска " Яд-ва Шем" *скорбим.
Здесь вспоминать и говорить не просто.
Мы шли к святой земле, стремились к воле.
Сюда вернёмся все , как Моисей.
Что, сорок лет, через пустыню к ТОРЕ,
Вёл свой народ, как истинный еврей.
Прошу благословение потомкам.
Пусть *процветают *на земле своей.
И под священный, смелый глас *Шофара.
Пусть, гордо произносят--Я ЕВРЕЙ.

Я надену звезду Давида
В день всемирной еврейской скорби.
Мне ни капли не будет стыдно
Этой жёлтой звезды позорной.
Я надену её как Память
О шести миллионах евреев.
То же самое было б с нами,
Если б мы родились в то время.
Нас бы так же сгноили в гетто,
Растреляли во рвах и ярах...
Разве можно забыть об этом?
Эту память время не старит.
Знаем точно, что нас сожгли бы
В бухенвальдской, в освенцимской топке...
Разве мир придёт под оливы,
Если будем беспечны и робки?
Разве станет обычным шрамом
Эта кровоточащая рана,
Если нам продолженьем драмы
Угрожают из Тегерана?
Если в мире большом и малом
Всё плодятся тёмные силы
И со свастиками вандалы
Оскверняют наши могилы?
Да, у Памяти груз тяжёлый,
Но его сохранить должны мы,
Чтоб с нагрудной звездою жёлтой
Вновь не стать крематорским дымом.
Новый век и те же обиды?
Чем их вырвать навеки с корнем?
Я надену звезду Давида
В день всемирной еврейской скорби.

Царь Соломон был мудрый человек,
Но жизнь его порой изрядно терла,
И за довольно долгий, трудный век
Не раз брала властителя за горло.
Но Соломон – мудрец из мудрецов,
Оставив нам «Премудрости» в наследство,
Ко всем перипетиям был готов,
Имел на все надежнейшее средство.
Нередко, попадая в переплет,
Он, автор умных «Притчей», «Песни Песней»,
Слегка на пальце перстень повернет,
Прочтет слова и вновь поправит перстень.
И улыбнется. Вот и все дела.
Знать, в надписи была большая сила,
Воистину волшебная была:
«Пройдет и это» - надпись та гласила.
Когда на горло жизнь набросит жгут,
Особо огорчаться нет резона.
И если обстоятельства прижмут,
Не забывай про перстень Соломона!

Евреи празднуют субботу!
Народ-свидетель славит день покоя.
Оставив суету работы,
Бросает вызов всем грехам застоя.
Шаббат – день Божий, а не человека.
Здесь неуместно исполнение традиций.
Шаббат – день веры, радости завета.
А не искусство удовлетворения амбиций.
Иисус сказал, что все приложится по вере,
Нам нужно только знать, где Его Царство.
Шаббат исполнен будет в полной мере,
Когда закончится традиций и обрядов рабство.
Шаббат – великий праздник Торы,
В который мы должны служить активно,
Делами веры сокрушая горы,
О дне седьмом не думать примитивно.
Язычники решают сами,
Приняв Иисуса, как поступят в шаббат.
Но выраженье праведности нами
Бог не оставит. Да воскликнем «Шалом, шаббат!»

МОЙ ИЕРУСАЛИМ !


С тобою встречи я так долго ждал.

Поговори.Иерусалим. со мною.

Я с трепетом вхожу в твой тронный зал

И плачу вместе с Храмовой Стеною...



Я шел к тебе по лестнице Судьбы.

Благодаря падения и взлеты...



Моя Надежда! Мой Иерусалим!

Еврейский дом. хранящий Свет Субботы!..



Инна Радиновская

ВРАТА ЗЕМЛИ


Запад и Восток - полюса дорог.

Запад и Восток - устье и исток.

Но Врата Земли - Иерусалим!

С нами Адонай *Ам Исраэль хай!*...



Инна Радиновская

Марк Мерман
Родина наша, как оказалось, - галут... * (*)
Вслед нам собаки или соседи лаяли.
В иллюминатор лбом, слезами к стеклу.
На будущий год в Ерушалайме...
На будущий год в Ерушалайме...
Мы от оседлости в седла. Последний исход...
Баулы, - балласт на случай крушенья лайнера...
Мы не исчезли в гетто, не вышли в расход.
На будущий год в Ерушалайме...
На будущий год в Ерушалайме...
А на могилах бабушек выроют пруд...
Но среди песен разных, чумных и лагерных
Пусть захоронят эту, гигантский проделав труд...
На будущий год в Ерушалайме...
На будущий год в Ерушалайме...
Выпьют друзья, помянут, потушат свет,
Свечи зажгут и, нас различая в пламени,
Строчку одну напишут, заклеют конверт:
На будущий год в Ерушалайме...
На будущий год в Ерушалайме...
По Галилее, в сумраке, среди звёзд,
Как в планетарии, в том, что детьми желали мы,
Едет на ослике странник с ответом на всякий вопрос,
Хашана хабаа биирушалаим... * * * * * * * * * * * *(**)
На будущий год в Ерушалайме...
Хашана хабаа биирушалаим...
Хашана хабаа биирушалаим...
Хашана хабаа биирушалаим...

Марк Мерман
* * * * * * * Соломону Михоэлсу
Что ж, из пепла никто не восстал.
Сбита влет птица глупая Феникс.
А с портретов спокойно взирал
На подследственных пламенный Феликс.
Шут губами разбитыми шепчет.
Свита рыцарей сняла шеломы.
Стукачам, истекающим желчью,
В сладком видятся сне эшелоны.
Не хлебавший из лагерной миски,
Не крещенный наркомовской чернью,
Он скитался по улицам минским -
Лир, поверивший клятвам дочерним.
О, куда ты бредешь, иудей?
Ненадежны подмостки и трапы.
Мир — мокрушный театр вождей.
Можно к стенке, а можно — у рампы.
Раздается кавказский хорал.
Дел не сыщешь важнее заплечных.
О, как он над страною звучал,
К счастью кормчего, к гибели певчих.
Затянулась последняя пауза,
Но за это уже не осудят.
Снег. Финал. Пистолеты за пазуху.
Рождество. День тринадцатый. Студень.