Молитва, горы, Иудея -
Благословенная земля,
Ортодоксальные евреи
Не станут прошлым для тебя.
Об этом музыка звучала,
Об этом были голоса,
В руках у Г-спода, сначала -
Хасиды, камни, небеса.

Израиль – Родина, надежда,
Времён связующая нить,
Тебя молящегося прежде,
Уже ничем не изменить.
Сказать и сделать не успею,
И всё же, я чему-то рад,
Теплом любви тебя согрею,
Лехаим, Родина! Виват!

Спят дети, спит Иерусалим,
Покой народа охраняет,
Молчит всесильный Элохим,
Видать, Он тоже что-то знает.
На страже ангелы Его,
Года проходят чередой,
Вокруг не видно никого,
Израиль, стань самим собой!
Обычных дней круговорот,
Тоска и боль не будет вечной,
Немного времени пройдёт
И мы обнимемся, конечно.
Себя в дороге не забудь,
Однажды спящие проснутся,
Друзья укажут верный путь,
Для Храма камни соберутся.

Экология души - стратегия развития мира.
Считается, что всё в мире касается каждого, и как бы человек ни хотел остаться одиноким, это у него не получится.
Но, если мы в принципе не одиноки, то кто мы и куда идём? Это к вопросу об экологии, о том для чего мы живём и как.
Конечно, внешние события и внутренний мир человека взаимосвязаны. Но, что с чего начинается? Экология мира начинается с экологии души. Они не только взаимосвязаны, но и следуют друг за другом.
Интенсивность производства, скорости передвижения и антропогенное воздействие на среду в XXI-ом веке не уменьшатся.
Следовательно, люди должны выработать стратегию глобального развития, т.е. комплекс общественных и государственно-политических договорённостей, направленных на выживание человечества и обязательных для применения на территории участников соглашения.
Глобальность, в данном случае, означает достижение договорённостей между максимально большим числом участников по самому широкому кругу вопросов.
Пример подобных договорённостей – это подписание и реализация Киотского протокола, который, при его неоднозначности, - робкий шаг в этом направлении.
Для этого надо обмениваться информацией и общаться. Принять согласованное решение по этому вопросу всё равно придётся. Так пусть это произойдёт раньше, чем позже.
Я убеждён, что подлинное единение достигается тогда, когда люди объединяются во имя и на основе позитивных ценностей, а не дружат против кого-то, без чего, иногда, тоже не обойтись.
При этом, люди смогут лучше понять друг друга, если будут говорить на одном языке, в рамках единого культурного пространства – пространства без границ. Это задача времени: обучения, воспитания и просвещения.
Здесь многое будет зависеть от поведения интеллектуальных и финансовых элит разных стран. Поведение – это *то, что идёт после знания, т.е. конкретные поступки и дела, направленные на созидание или разрушение.
Предлагается сделать выбор: жизнь или смерть. Выбор ясен, мы должны жить. Но, для чего? Для того, чтобы жить, или для того, чтобы приготовиться к смерти?
Приготовление к смерти – это агония, растянутая на годы. Если человек готов к смерти, то готов уже сейчас и весь сразу.
Значит, будем жить. Хотя бы потому, что ожидание не всегда бывает напрасным. Потому, что за зимой следует весна – начало нового времени. Начало новой жизни.

Сохранение веры.
Дела веры всегда убедительны. Это потому, что она живёт и дышит там, где хочет и может, т.е. повсюду – в скиту и в мире.
Везде есть люди и все под Богом ходят. На Земле нет места без Божьего присутствия, т.к. Он всё создал из себя самого. Следовательно, нельзя сказать, что Бога в одном месте больше, а в другом меньше.
Вера сохраняется не только отшельниками, но и мирянами.
Когда человек уходит в монастырь, он тем самым не просто закрывается, а изолирует свою святость. Не даёт ей свободно распространяться в мире.
Получается, что он лишает шанса стать лучше тех людей, кто не может этого сделать без наглядного и убедительного примера праведной жизни в соседнем доме или подъезде.
Конечно, у каждого своя голова на плечах. Каждый сам выбирает свой путь и сам себе хозяин. Но, мне ближе и понятнее активное благочестие, т.к. Бог, его творческая и преобразующая сила есть в каждом из нас.

О национальной идее.
Если национальная идея необходима обществу, т.е. если есть необходимость её словесного оформления, то она должна говорить о том, что касается каждого человека как такового, не зависимо от его социального положения, национальности, религии, пола и других признаков.
Она должна быть ясной и понятной для всех. Для этого надо ориентироваться на то, без соблюдения чего жизнь общества не будет нормальной. Необходимо помнить о базисных понятиях.
Потому национальная идея любой страны может быть выражена словами: Свобода, Равенство, Братство, и Труд, Собственность, Законность.
Свобода – это свобода принятия решений, поступков и ответственность за сделанное. Принимая решение совершить определённый поступок, человек должен помнить, что он может иметь не только хорошие, но и плохие последствия.
Равенство – это равная возможность творческого самовыражения каждого человека в различных областях и обстоятельствах жизни.
Братство – это братское отношение человека к человеку, являющееся основой братских отношений между народами.
Почему выбраны эти понятия? Потому, что именно они являются базисными. Общество, лишённое указанных свойств, не будет самим собой.
Для того, чтобы убедиться в этом достаточно лишить человека всего, что он имеет или разрешить не соблюдать законы. В первом случае общество вымрет, во втором оно станет преступным. А без труда вообще ничего не будет.
Суть в том, что Свобода, Равенство и Братство опосредуют нравственность, т.е. то, как человек относится к миру, а Труд, Собственность, Законность – то, что помогает обеспечивать материальное благополучие.
Но, можно выразиться короче: Свобода, Собственность, Законность. В этом случае такие понятия как Равенство, Братство и Труд – являются составными частями Свободы, входят в неё как нечто само собой разумеющееся.
Являются ли эти ценности абсолютными и самодостаточными? Конечно, нет. Они важны ровно настолько, насколько способны обеспечить прогресс общества в целом, сохранение его нравственности и традиционных устоев. *
Если говорить по большому счёту, то без национальной идеи можно обойтись. При этом, единственное, о чём надо заботиться по настоящему, так это о воспитании хорошего, законопослушного человека.
Главное, каковы средства, побуждающие человека жить по закону. А их два. Кнут диктатора и голос совести.

Шахматы - королевская игра.
Считается, что шахматы - королевская игра. Эта мысль представляется мне правильной, т.к. слова "шах-мат", по-моему в переводе с фарси, означают, что король умер. Человек, получивший мат, проигрывает партию, т.е. в его образе, как-бы, умирает король.
Мне сложно примириться с мыслью, что с наступлением смерти кончается всё. Условно или символически выражаясь можно сказать, что смерть - это переход на другой уровень развития или возрождение к новой жизни. В общем, шахматы, как игра, учат человека правильно относиться к жизни.
Существуют виды шахмат с большим, чем обычно, числом клеток и фигур. Считаю, что увеличение шахматного поля ведёт к увеличению игровых комбинаций, т.е. удлиняет мышление до игры вне шахматного поля, в его "деревянном понимании", т.к. в этом случае шахматное поле - всё, что окружает человека.
Суть так называемых космических или длинных шахмат состоит в правильной расстановке фигур на мировой доске. Каждый из нас на своём месте индивидуально неповторим и может сделать то, что без него никто не сделает.
Восприятие шахмат как королевского искусства, на мой взгляд, вполне приемлемо. При условии, что дистанция от игры до искусства пройдена окончательно и бесповоротно.

Я верю, что день будет снова,
Я верю: пройдёт темнота,
Не нужно волшебного слова,
Ты свет подожди у окна.
Пусть первый минует прохожий
И первый проедет трамвай,
Встречай новый день, непохожий
На тот, что был раньше, встречай.
Пусть дождик, шагая не слышно,
По улицам сонным пройдёт,
И солнце скользнёт, пусть, по крышам
И радость с собой принесёт,
А сердце наполнится счастьем.
Ты скажешь себе у окна:
- Теперь не боюсь я ненастья,
Теперь не страшна темнота.

Разлук и встреч обычные круги
Я рад бы презирать, а всё ж не в праве
Забыть *всё то, что помнить мы должны
И оставлять, чего нельзя оставить.

Я верю в музыку берёз,
И в грозы утренние верю,
К ним прихожу с душой без слёз,
Не отсидевшийся за дверью.
Я знаю, музыка не врёт,
Она права, когда звучит,
Так пусть волшебная живёт,
Она пусть только не молчит.
Я вижу утра синеву,
Иду по белой тишине,
Опять дороги не найду …
Я верю, милая, тебе.