- Началось, - сказал из комнаты сбоку молодожен.
* * * - Тише, услышат! - пискнула молодая жена.
* * * - Да ну, они уже ничего не услышат!
* * * - Театр у микрофона, - сказали из другой комнаты. - И это на всю ночь? * * *
* * * - И еще на три дня, - подтвердили из третьей.
* * * А из кухни неслось:
* * * - Как ты пыхтишь!.. О, как ты пыхтишь!.. Пыхти, пыхти, пыхти!.. Да, да, * * * * так!.. Еще, еще, ещё! Не останавливайся!.. О, Марат!..
* * * Фуга прервалась.
* * * ОНА. И это всё? Так быстро?
* * * ОН. Не всё! Повернись!
* * * ОНА. Ты можешь сразу? Не вынимая? О, Марат!..
* * * Фуга сменилась галопом. Не лошадиным, а в музыкальном смысле. Галоп сменился * * * * медленной пассакальей, постепенно переходящей в фугу. Потом было попурри, * * * * завершившееся бурным галопом. Потом…
* * * В Москве у меня есть знакомый кинооператор. Когда-то снимал документальные * * * * фильмы о героях Соцтруда и очень страдал от невозможности реализовать * * * * на этом материале свои творческие замыслы. В начале девяностых, когда * * * * героев отменили, подрядился снимать порнофильмы. Года через два встречаю * * * * его:
* * * - Как успехи?
* * * - Не спрашивай! Ушел я из этого блядского бизнеса.
* * * - Что так? Мало платили?
* * * - Платили хорошо, но ты не представляешь, старичок, какая это тоска! * * * * Совершенно невозможно ничего придумать! Всё одно и то же, одно и то же! * * * * Так, так, так и еще в жопу. Всё! Какая композиция, какая эстетика? Через * * * * полгода я уже смотреть на женщин не мог. Понял, еще немного и стану импотентом. * * * * И ушел.
* * * - Что снимаешь сейчас?
* * * - Похороны.
* * * - Это интереснее?
* * * - Это живее!..
* * * Радио выразительнее, чем кино, оно заставляет работать воображение. Первые * * * * часа полтора или два весь дом слушал радиоспектакль с напряженным вниманием. * * * * Потом внимание стало ослабевать, как всегда бывает, когда действие начинает * * * * пробуксовывать.
* * * ОНА. Марат, я больше не могу. Я уже пять раз. Давай немного поспим.
* * * ОН. Ты приехала спать?
* * * ОНА. У меня там уже всё болит!
* * * ОН. А там?
* * * ОНА. Нет, Марат, нет! Я порядочная женщина! Не смей, я буду кричать!
* * * ОН. Люблю, когда женщина кричит.
* * * ОНА. О, Марат!..
* * * Безумный органист был неутомим. Я так и уснул под звуки панцирной сетки, * * * * как пассажир засыпает под стук колес.

__________________
Marlon Roudette - New Age