– А что, нельзя ли передвинуть пианино в другое место?
– Я думал об этом. Но куда? В гостиной стоит большой буфет. А потом, вы пробовали двигать пианино – это вам не шутка...
– Ну, всего лишь на некоторое время...
– Если бы вы сообщили мне хотя бы две недели назад, когда Двора еще не начала заниматься, я бы смог сделать что-то ради алии из России, но сегодня уже очень трудно. А вы говорили с соседями?
– Говорил...
– Ну?
– Тоже упражняются: скрипка, труба, контрабас.
– М-да... А разве я получил что-нибудь, когда приехал в страну?
– Трехкомнатную квартиру.
– Ну, третья комната совсем небольшая. Кстати, ваши коммунисты, если я не ошибаюсь, они ведь привычные к стесненным жилищным условиям. Они выросли в жуткой нищете, поверьте мне.
– Итак – «нет»?
– Я не сказал «нет». Я всегда готов на жертвы, если есть необходимость. Например, я годами покупал акции государственного займа на абсорбцию, которые правительство должно мне оплатить. Так ведь? Ну вот, пожалуйста, я от этих денег отказываюсь – можете не возвращать мне, передайте их русским.
– И тем не менее?
– И тем не менее мне нужен покой в доме. А они встают рано, начинают шуметь, вы ведь знаете этих пьяниц – поют и пляшут весь день. От них можно с ума сойти. Более того: у них в каждой семье по два-три ребенка. Они совсем не как наши евреи...
– Так что же делать?
– Это действительно проблема. А вы ничего не платите за их проживание?
– Нет.
– Ну, я не знаю...
– А может, пусть себе едут в Америку?
– Ну что ж, в нынешней ситуации...
– Очень жаль.
– Но это лишь временно. Через пару лет, я надеюсь, моя дочка забросит пианино, или госпожа Пресбургер выйдет на пенсию. Ну а пока держите меня в курсе.

__________________
Бывают моменты, когда человек тебе что-то очень увлеченно рассказывает, а ты смотришь человеку в глаза и понимаешь — от души пиздит!