А вот например, раби Ш.Р. Гирш резко порицает этот поступок и говорит что эти действия заслуживают порицания и мы не обязаны искать оправдания. Если бы Шимон и Леви убили только Шхема и Хамора (его отца), их едва ли можно было упрекнуть за это. Но они не пощадили беззащитных и безоружных людей, оказавшихся в их власти. Они разграбили город, заставили всех жителей заплатить за преступление, совершенное, так сказать, господином их поместья. Этому не может быть оправдания. Поэтому Яаков упрекает их: "Своими действиями вы причинили мне несчастье. Наша репутация, наше доброе имя, наша честь были чистыми как хрусталь, но сейчас вы все это разрушили; вы ввергли меня в немилость (сделали ненавистным) даже для хананеян и ферезеев. Кроме того, что вы поступили дурно, вы еще поступили глупо, ибо нас так мало" и т.д.
Их единственное оправдание ("Неужели он может обращаться с нашей сестрой как с блудницей?") выражает те чувства, которые двигали Шимоном и Леви. Хозяин поместья никогда не допустил бы подобных действий, если бы речь шла не о чужестранке, не имеющей друзей "еврейской девушке". Это заставило Шимона и Леви осознать, что настанут времена, когда даже семья Яакова будет вынуждена взять меч, чтобы защищать чистоту и честь. Пока люди на земле будут уважать лишь тот закон, который поощряет насилие, Яаков будет вынужден держать меч в руках. В тот момент сыновья Яакова не желали действовать благоразумно. Они хотели заставить других бояться их, чтобы впредь никто никогда не смел так с ними поступить. Не будут дочери Яакова зависеть от милости других народов. Однако, наказывая невинных людей за преступление, совершенное правителями, сыновья Яакова зашли слишком далеко.
Примечательно, что описание этого события следует непосредственно за рассказом о встрече Яакова и Эсава. Там мы увидели отблеск "голоса Яакова": искра человеческих эмоций на миг блеснула в Эсаве, и мы узнали в ней зародыш человечности, который когда-нибудь разовьется в полной мере даже в Эсаве. Здесь же мы наблюдаем еще один быстротечный феномен: на короткое время меч Эсава оказывается в руках сыновей Яакова. Отсюда мы учим следующую истину, важную для понимания всей еврейской истории: если с течением времени мы стали народом, руки которого наименее запятнаны кровью, если мы стали самым добросердечным народом, - это вовсе не означает, что мы слабы или трусливы. За время нашего существования в качестве политической единицы мы так мощно продемонстрировали нашу отвагу и военную доблесть, что для сражения с нами пришлось призвать отборные легионы Эсава. И мы можем владеть мечом, и мы можем быть непримиримыми. Наша мягкость и гуманность - это плод воспитания, которым Б-г соблаговолил наделить нас через Свой закон и нашу историю.